С.С. Аверинцев. Духовные стихи. К Празднику Святой Троицы и Дню Святого Духа

С.С. Аверинцев. Духовные стихи

 

Размышление

 

Речи пернатые где? Отлетели в воздух. Где милой
Младости цвет? Он увял. Где слава? Ушла невозвратно.
Где состава телесного связь? Разшаталась недугом.
Где имение? Бог отъял; а иное безстыдной
Зависть руке предала. Где отец мой и матерь? Где братьев
Седцу святая чета? Сошли до срока во гробы…

Благо одно оставалось — родная земля: но из оной,
Бурно валы возбудив, изверг меня демон злонравный.

Ныне, странник, скитаюсь, всему чужой, на чужбине,
Жалкую жизнь влача и терпя безсильную старость.

Без престола, без града, без чад, но в муках о чадах,
Лишь со дня и на день живя, непрестанно блуждая.

Где же тело докучное сброшу? Как жизнь я окончу?
Что за край, что за гроб меня примет страннолюбивый?

Кто возложит персты на мои померкшие очи —
Друг ли Христов, по вере собрат, иль злодей из злодеев?

Что до того? Слабодушно пустые лелеять заботы.
Будет ли тело мое бездыханное предано гробу,

Будет ли без погребенья простерто оно, плотоядным
Птицам окрестным и псам в корысть, и прохожему зверю —

Если желаешь, сожегши, развей по ветру мой пепел,
Или на высотах положи мертвеца без могилы,

Или в водах дождевых дай согнить, в речных ли потоках.

Я ли один сопричтен не буду общему сонму?

Если б то было возможно!
Но нет: по Божьему зову
День последний всех соберет от пределов вселенной,
Также и тех, кто во прах обращен, кто недугом изглодан.

Вот о чем я скорблю: страшусь судилища Божья,
И потоков огня, и лютейшей тьмы преисподней.

Ты, Христе, Ты всё для меня: и младость, и сила,
И родная земля:

В Тебе
Упокоиться
Жажду…

 

Неотразимым острием меча

Неотразимым острием меча,
Отточенного для последней битвы,
Да будет слово краткое молитвы
И ясным знаком — тихая свеча.

Да будут взоры к ней устремлены
В тот недалекий, строгий час возмездья,
Когда померкнут в небесах созвездья
И свет уйдет из солнца и луны.

 

Стих о святой Варваре

 

Диоскор говорит к Варваре,
к дочери обращает слово:

— Варвара, дочь моя, Варвара,
я велю рабам выстроить башню.

У самого берега моря
башню для твоего девства.

Рабы мои выстроят башню
по мысли своего господина.

Два окна они в башне устроят,
одно — на сушу и одно — на море:

одно — во славу богов суши,
одно — во славу богов моря.

Таков приказ господина,
смерть — кара за ослушанье.

— Диоскор, Диоскор, отец мой,
что увижу я в окна башни?

— В окно ты увидишь сушу,
в другое увидишь море.

Косны устои суши,
буйны пучины моря.

Род приходит, и род проходит,
но земля и море — вовеки;

что было, то и будет вечно,
и нет нового под солнцем.

— Диоскор, Диоскор, отец мой,
что увижу я в окна башни?

— Большие звери терзают малых
на суше и в пучине моря;

кривого прямым не сделать,
и человек — злее зверя.

Сердца людей — жёсткие камни,
и слава Кесаря — над миром.

Рука его легла на сушу,
другая рука — на море.

— Диоскор, Диоскор, отец мой,
что услышу я в окна башни?

— Услышишь, как поют на свадьбе,
услышишь, как воют над гробом.

Богатый и бодрый пляшет,
убогий и хворый плачет.

Голос сильного — грозен,
голос слабого — робок.

Голос Кесаря — над миром,
и никто ему не прекословит. —

Диоскор уехал из дома,
в доме — дочь его Варвара.

— Рабы отца моего Диоскора,
примите от меня ласку.

Я накормлю вас досыта
и сама послужу вам на пире,

я сама вам ноги омою
и вынесу отборные яства;

после отпущу вас на волю
на четыре стороны света.

Только сотворите мне милость,
три окна мне устройте в башне,

во имя Отца и Сына
и Господа Святого Духа. —

Диоскор в дом свой вернулся
и на третье окно дивится:

— Варвара, дочь моя, Варвара,
что в третье окно ты видишь?

— Я вижу в рубище славу
и свет — в темнице непроглядной.

Рабы ликуют в оковах,
и дитя смеётся под розгой.

До крови, до кости, до боли,
до конца и без конца — радость.

И земля, и море проходит,
но любовь пребывает вовеки.

— Варвара, дочь моя, Варвара,
что в третье окно ты видишь?

— Я вижу лицо Друга
за сквозными просветами ставней:

на челе Его — кровавые росы,
и в кудрях Его — влага ночи.

Голова Его клонится тяжко,
и нет ей на земле покоя.

Я отворила Ему сердце,
я вкусила от ломимого хлеба.

— Варвара, дочь моя, Варвара,
что в третье окно ты слышишь?

— Я слышу, как поёт дева
в руках мучителей, в темнице:

отнята её земная надежда,
и Жених её с нею навеки.

И никто не научится песни,
что поют перед престолом Агнца;

кто однажды её услышал,
пойдёт за нею навеки.

— Варвара, дочь моя, Варвара,
меч мой творит Кесаря волю.

Моею отцовскою рукою
сотворю я Кесаря волю.

— Да будет воля Отца и Сына
и Господа Святого Духа!

 

3 Comments

  1. Евгений

    Аверинцев знал много языков, свободно на них говорил. А на могиле надпись певчий.

    Reply
  2. Крылов

    Как ему удавалось в советское время официально быть верующим и при этом широко публиковаться в печати?

    Reply
    1. Сеня

      Посмотри на его лицо!

      Reply

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.